Появление Кодекса
административного
судопроизводства — новый этап
в развитии процессуального
законодательства

С вступлением в силу 15 сентября 2015 г. Кодекса административно­го судопроизводства Ро­ссийской Федерации (далее — КАС РФ) появилась необходимость как полноценного научного анализа судебной практики по административным делам, так и точного институционального исследования системы, содержания и структуры административного судопроизводства, являющегося одной из важнейших форм осуществления судебной власти в стране. Редакция журнала обратилась с просьбой об интервью к Юрию Николаевичу Старилову, доктору юридических наук, профессору, занимающему пост декана юридического факультета, заведующего кафедрой административного и муниципального права Воронежского государственного университета, который рассказал нам о новизне, цели, миссии и отраслевой процессуальной принадлежности административного правосудия.

Уважаемый Юрий Николаевич, КАС РФ вступил в силу 15 сентября 2015 года. Как до его принятия, так и после вступления в силу встречаются крайне противоположные оценки этого процессуального закона. Если кратко сформулировать первый вопрос, насколько прогрессивным законодательным актом является КАС РФ? В чем заключается его юридическая значимость?

КАС РФ оказывает мощнейшее влияние на повышение качества осуществления судебной власти, укрепление законности при осуществлении управленческих действий и принятии административных актов, установление гарантий правовой защиты физических лиц и организаций. Этот процессуальный закон позволяет сформировать законченную систему административно-процессуального регулирования отношений, связанных с оспариванием в суде действий решений, действий (бездействия) органов публичной власти и их должностных лиц. Действующая с 1993 года система судебной защиты от незаконных действий или решений, нарушающих права и свободы граждан, частичное регламентирование в Гражданском процессуальном кодексе Российской Федерации (далее — ГПК РФ) и Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации (далее — АПК РФ) порядков рассмотрения соответствующих дел, очевидно, не составляли безупречную систему, гарантирующую эффективную защиту прав, свобод, законных интересов граждан и организаций. Главным образом эту систему нельзя было считать надлежащей с точки зрения единства предмета, логики взаимодействия материальной и процессуальной правовой регламентации.

Появление КАС РФ — новый этап в развитии процессуального законодательства, устанавливающего правовые порядки в разрешении административных споров (дел, возникающих из административных и иных публичных правоотношений). КАС РФ — система процессуальных норм, принципов, правил, которые дают возможность формирования новых научных представлений и тео­ретической модели административного процесса как судебного процесса. Административное судопроизводство означает новый этап в развитии не только общего административного права, но и, конечно, административного процессуального права. Таким образом, специализированное процессуальное правовое регулирование (в отдельном процессуальном законе) судебного порядка разрешения административных и иных публичных споров состоялось. Несомненно, КАС РФ — это прогрессивный законодательный акт, который создает надлежащее процессуальное правовое регулирование судебного разрешения спорных отношений, возникающих в сфере публичного права.

Согласны ли Вы с мнением большинства экспертов, что действующий КАС РФ представляет собой законодательный акт, который стал надлежащим результатом в развитии российской административной юстиции?

Здесь можно ответить утвердительно, т.е. с принятием КАС РФ российская модель административной юстиции получила правильную, адекватную и надлежащую реализацию в процессуальных порядках Кодекса. С моей точки зрения, история развития административной юстиции и самого административного судопроизводства в России начинается с 30 мая 1917 г., т.е. с момента утверждения Временным правительством Положения о судах по административным делам, в котором устанавливалось, что власть судебная по делам административным принадлежит: административным судьям; окружным судам и Правительствующему Сенату. При этом определялось, что основанием для протестов и жалоб могут быть: неправильности, состоящие либо в нарушении закона или обязательного распоряжения властей, либо в осуществлении полномочий с нарушением той цели, для которой оно предоставлено; уклонение от исполнения, действия, предписанного законом или обязательным распоряжением власти, и медленность. При этом жалоба может быть принесена теми лицами, обществами и установлениями, интересы или права коих нарушены постановлением, распоряжением, действием или упущением.

Таким образом, сложившиеся в начале XX века научные представления о сущности и назначении административной юстиции были воплощены в юридическом документе, который в то время получил высокую оценку. Другое дело, что в сложившихся в тот исторический период условиях Положение о судах по административным делам фактически не действовало. Здесь нужно подчеркнуть, что первая крупная научная дискуссия об административной юстиции в России (конец XIX — начало XX века) завершилась принятием указанного Положения. Впрочем, и вторая дискуссия о назначении административной юстиции (конец 90-х годов XX века — начало XXI века), не менее значимая и острая, также получила свое положительное завершение с принятием Государственной Думой КАС РФ. Только с появлением в тексте Конституции Российской Федерации части 2 ст. 118 внимание к административному судопроизводству становится совершенно иным: теперь на него смотрят как на один из важнейших видов российского судопроизводства и как на специальную форму реализации судебной власти в стране. Далее возникает вопрос: в каких процессуальных формах может осуществляться административное судопроизводство: в рамках действовавшего на тот момент гражданского и арбитражного процессуального процесса либо может быть выделено в отдельную ветвь правосудия? Победила идея принятия КАС РФ. Следовательно, появился новый порядок рассмотрения административных дел в судах общей юрисдикции.

19 сентября 2000 года в практическую плоскость переводится идея принятия закона об административных судах. Принимается Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 сентября 2000 г. № 29 «О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта федерального конституционного закона «О федеральных административных судах в Российской Федерации». В конце 2000 года идея учреждения в стране административных судов получает поддержку Президента Российской Федерации на V Всероссийском съезде судей. В 1998–2001 годах ученые предлагают провести кодификацию процессуальных правовых норм в области административной юстиции в Административно-процессуальном кодексе; уже тогда началась разработка проектов Федерального конституционного закона «Об административном судопроизводстве» или Кодекса Российской Федерации об административном судопроизводстве. Затем особенности рассмотрения дел, возникающих из административных и иных публичных правоотношений, получают свое правовое закрепление в принятом 24 июля 2002 г. Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации. В пункте 3 ст. 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принятого 14 ноября 2002 г., к подведомственности судов отнесены гражданские дела, возникающие из публичных правоотношений и указанные в ст. 245 ГПК РФ, которая, как и весь подраздел III ГПК РФ («Производство по делам, возникающим из публичных правоотношений»), утратила силу с 15 сентября 2015 г., т.е. с момента вступления в силу КАС РФ.

С целью формирования единообразной практики рассмотрения судами дел, возникающих из административных и иных публичных правоотношений, были приняты два постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации: Постановление от 29 ноября 2007 г. № 48 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов полностью или в части» и Постановление от 10 февраля 2009 г. № 2 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих».

Одновременно продолжалась работа над проектом КАС РФ. 16 ноября 2006 года принимается Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 55 «О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации». Идея принятия КАС получила весьма результативное обоснование и развитие в декабре 2012 года на VIII Всероссийском съезде судей. Примечательно, что сам термин «административные дела» был установлен в российском законодательстве задолго до принятия КАС РФ: пункт 2 ст. 4 Федерального конституционного закона от 7 февраля 2011 г. № 1-ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» установил, что суды общей юрисдикции рассматривают все гражданские и административные дела о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов; определялось, что административные дела требуют специального процессуального оформления порядка их судебного разрешения.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2013 г. № 1 "О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта федерального конституционного закона «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» и в Федеральный конституционный закон «О военных судах Российской Федерации» предусматривалось создание Судебной коллегии по административным делам в верховном суде республики, краевом, областном суде, суде города федерального значения, суде автономной области, суде автономного округа. Осуществление структурной реформы в организации судебной власти Федеральным конституционным законом от 5 февраля 2014 г. № 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» привело к образованию Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации.

Наконец, в марте 2013 года обнародован проект Федерального закона «Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации», который 21 мая 2013 г. был рассмотрен Государственной Думой в первом чтении. 8 марта 2015 года принятый Федеральный закон был подписан Президентом Российской Федерации, а 15 сентября 2015 г. КАС РФ вступил в силу.

Такое достаточно объемное изложение практической реализации идеи принятия КАС РФ демонстрирует, с моей точки зрения, высокий уровень апробации предлагаемого законодательного акта, а также последовательность ученых, практиков, законодателей в достижении цели нормативного процессуального установления специального порядка рассмотрения административно-правовых споров (административных дел). Таким образом, я считаю, можно говорить о полноценной кодификации административного процессуального законодательства в Российской Федерации, учитывающей назначение административного судопроизводства в судебной власти и чрезвычайно большое значение этой формы ее осуществления в стране. Востребованность административно-процессуальной формы, созданной КАС РФ, несомненно, будет усиливаться со стороны заинтересованных лиц. И даже если судебная практика в будущем будет демонстрировать какие-то изъяны содержащихся в КАС РФ судебных процедур, то вряд ли эти факты могут поставить под сомнение полезность, юридическую значимость и надлежащий порядок процессуально-правовой регламентации разрешения публично-правовых споров по правилам КАС РФ.

Существуют ли сегодня проблемы понимания административного судопроизводства в аспекте совершенствования конституционно-правовых норм, относящихся к административно-процессуальному законодательству России?

Конституционно-правовые положения (нормы, институты) должны быть настолько четкими, чтобы была возможность для быстрого, полноценного и ясного разъяснения смысла и содержания соответствующей позиции. Как можно сегодня просматривать на соответствие, например, конституционно-правовым нормам об административном судопроизводстве термин «административный процесс», если ни сейчас, ни тем более в 1993 году не сформулировано единственно верное и разделяемое большинством ученых и практиков страны определение «административного процесса», «административно-процессуального законодательства» и «административных дел»? Указанные понятия до последнего момента оставались во многом неясными и в отраслевом законодательстве, и в отраслевых правовых науках. Но они уже 23 года содержатся в тексте Конституции. Как же можно оценивать соответствие названных терминов конституционно-правовым категориям и современным стандартам конституционно-правового регулирования?

Очевидно, что для достижения полноты конституционно-правового регулирования и надлежащей регламентации базисных идей для развития отраслевого материального и процессуального законодательства недостаточно изменения кодексов, федеральных законов, подзаконных актов и создания эффективных организационных структур поиска новых форм контроля. Можно уверенно предположить, что решение такой задачи невозможно без изменения текста Конституции Российской Федерации. Разумные предложения по изменению Конституции должны включать в себя лишь обоснованные, необходимые, целесообразные, позитивно влияющие на правовую действительность положения. Достигнутую на сегодняшний день правовую стабильность и стандарты законодательного регулирования общественных отношений благодаря многим действительно передовым и цивилизованным идеям (принципам), содержащимся в тексте Конституции, нельзя разрушать. Но и идеализировать их в условиях сформировавшихся современных проблем политико-правового и государственного строительства вряд ли стоит.

Внесение поправок в Конституцию Российской Федерации 1993 года, несмотря на достаточно продолжительный период полнейшего отрицания изменения ее текста, все-таки стало реальностью после известных «обновлений» конституционно-правовых норм осенью 2008 года. Позднее в Конституцию вносились и иные поправки. Особенно заметна конституционная поправка, внесенная Законом Российской Федерации от 5 февраля 2014 г. № 2-ФКЗ, когда был изменен пункт «о» ст. 71 Конституции Российской Федерации — появился термин «процессуальное законодательство» взамен ранее существовавших в упомянутом пункте словосочетаний «уголовно-процессуальное, граж­данско-про­цессуальное и арбитражно-процессуальное законодательство». Предыдущая редакция анализируемого пункта была, с нашей точки зрения, понятнее и яснее сформулированной — были перечислены виды процессуального законодательства, которые и представляли все виды судебного процесса. Такая формулировка принципиально соответствовала смыслу и содержанию части 2 ст. 118 Конституции Российской Федерации, установившей еще в 1993 году конституционное, гражданское, административное и уголовное судопроизводство в качестве основных форм осуществления судебной власти в стране. Таким образом, путем внесения конституционной поправки законодатель объединил одним термином «процессуальное законодательство» гражданское и уголовное судопроизводство.

По известным причинам и в соответствии с логикой конституционно-правового регулирования этим понятием не охватывается «конституционное судопроизводство», регламентированное ст. 125 Конституции Российской Федерации и Федеральным конституционным законом от 27 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации». Конституционное судопроизводство — форма осуществления судебной власти Конституционным Судом Российской Федерации как судебным органом конституционного контроля.

Иначе обстоит дело с термином «административное судопроизводство», которое по своей сути весьма уместно сравнить с «гражданским и уголовным судопроизводством». При этом, исходя из назначения административно-процессуальной формы и решаемых посредством административного судопроизводства задач, целесообразно предположить включение «административно-процессуального законодательства» в пункт «о» ст. 71 Конституции Российской Федерации, а именно обосновать его включение в термин «процессуальное законодательство». Ведь такой шаг не противоречит общим подходам, причинам и аргументам, которые позволили законодателю в 2014 году внести в текст Конституции Российской Федерации поправку об объединении трех видов судебного процесса в один термин «процессуальное законодательство». Иными словами, если бы в 2014 году действовал закон об административном судопроизводстве (например, КАС РФ), можно было бы без сомнений предположить и отнесение к процессуальному законодательству данного вида судопроизводства. Именно из-за отсутствия специального закона об административном судопроизводстве не претерпел изменений пункт «к» ст. 72 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым административно-процессуальное законодательство находится в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов. Во-первых, с появлением в КАС РФ этот пункт перестал соответствовать ст. 71, 118, 126 Конституции Российской Федерации и вообще некоторым статьям главы 7. Во-вторых, административно-процессуальное законодательство, согласно КАС РФ, не входит в предмет совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, а находится в ведении Российской Федерации. В-третьих, традиционные представления о сущности, содержании, назначении, основных задачах, принципах судопроизводства и структуре процессуального закона дают возможность отнесения административного судопроизводства (по КАС РФ) к одной из важнейших форм осуществления судебной власти.

В связи с этим логичной станет следующая рекомендация законодателю: исключить из пункта «к» ст. 72 Конституции Российской Федерации термин «административно-процессуальное законодательство», ибо этот вид судопроизводства уже включен в термин «процессуальное законодательство», установленный пунктом «о» ст. 71 Конституции.

Многочисленные попытки обосновать наличие многих видов административного процесса, с моей точки зрения, не стали успешными. Думается, до какого-то времени и учебный материал по административному праву еще будет содержать противоречивый материал о сложной структуре административного процесса. Но хотелось бы надеяться, что такая (многоструктурная и разновидовая) трактовка административного процесса вскоре исчезнет.

Если учитывать «процессуально-правовой» момент в системе и структуре административного законодательства и ту сферу отношений, в которой действуют административно-правовые нормы, то здесь речь идет об административных процедурах, административном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях. Но административный процесс в собственном смысле слова все-таки один — это административное судопроизводство. Вряд ли деятельность органов публичного управления и в сфере функционирования исполнительной власти должна автоматически называться административным процессом исходя лишь из названия области правоотношений, где данный вид деятельности осуществляется.

Административные процедуры и производство по делам об административных правонарушениях, конечно, имеют «процессуальное» содержание и «процессуальный» потенциал. Но эти виды государственной деятельности должны именоваться по-другому — так, как это в настоящее время и установлено законодателем в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях применительно к «производству по делам об административных правонарушениях». Административные процедуры, к сожалению, в России пока не получили своего законодательного установления и нормативной регламентации. Собственно, и в практике правовой регламентации во многих странах данные термины отличаются от административного судопроизводства (административного процесса). Вряд ли в нашей стране должна быть иная терминология применительно к теории и практике административного процесса, административных процедур, административно-деликтного законодательства.

Здесь уместно также предложить внести дополнение в часть 2 ст. 118 Конституции Российской Федерации. К сожалению, в тексте Конституции не нашлось места для установления и самой общей правовой регламентации деятельности по рассмотрению дел об административных правонарушениях. Удивительно, но один из важнейших кодексов страны — Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях — фактически не имеет конституционно-правовых корней. В Конституции вообще не упоминается и «производство по делам об административных правонарушениях». Следовательно, нет и конституционно-правовой нормы, в соответствии с которой определялось бы местонахождение данного вида процессуальной деятельности в случае, когда дела об административных правонарушениях рассматриваются судьями, в системе видов судопроизводства. Словом, рассмотрение судьями дел об административных правонарушениях является правосудием, судебным процессом, который никак нельзя отнести к конституционному, гражданскому, административному или к уголовному судопроизводству. Следовательно, «производство по делам об административных правонарушениях» (когда эти дела рассматриваются в судах) является еще одной формой осуществления судебной власти. Поэтому часть 2 ст. 118 Конституции Российской Федерации, по моему мнению, должна выглядеть следующим образом: «Судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного, уголовного судопроизводства, а также производства по делам об административных правонарушениях».

Можно ли предположить, что КАС РФ будет содействовать развитию в России законодательства об административных процедурах?

Несомненно, применение законодательства об административном судопроизводстве послужит основой для создания федерального закона «Об административных процедурах». Если вернуться к поиску «процессуальных начал» в сфере действия административного права, то, несомненно, необходимо обратить внимание на разделы под названием «Административные процедуры», содержащиеся в каждом действующем ныне в России административном регламенте исполнения государственных функций и административном регламенте предоставления государственной услуги. Однако даже поверхностное толкование данного термина в этом контексте вряд ли приведет к выводу о том, что в названных административных регламентах решена задача по установлению административно-процессуальной или административно-процедурной деятельности. В административных регламентах решается простейшая задача — установить посредством указанного термина порядок осуществления действий по исполнению конкретной государственной функции или предоставлению конкретной государственной услуги. Получалось, что последовательность и стадийность исполнения государственных функций приравнивались по своему назначению к административным процедурам и к задачам, которые они должны решать в системе публичного управления.

В глобальном плане речь о «настоящих» административных процедурах в административных регламентах не идет. Вряд ли нужно спорить с тем, что законодательство об административных регламентах способствовало формированию современной теории административных процедур, а также актуализировало идею о востребованности административной практикой закона «Об административных процедурах», в котором содержались бы нормы об общих принципах и порядках разрешения управленческих дел, а также о принятии государственной и муниципальной администрацией административных актов. Вместе с этим можно уверенно предположить и то, что создание законодательства об административных регламентах принципиально не заменит административно-правовых норм, которые должны содержаться преимущественно в законе «Об административных процедурах».

Также возникает вопрос о необходимости конституционно-правового установления основных принципов административных процедур, положенных в основу публично-управленческой деятельности по принятию административных правовых актов. К сожалению, Конституция Российской Федерации не содержит правовых основ деятельности исполнительных органов государственной власти по соблюдению, обеспечению и защите прав и свобод человека и гражданина, законных интересов организаций. Очень важна норма, в соответствии с которой решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд (ч. 2 ст. 46 Конституции Российской Федерации). Однако не менее значимой должна быть правовая норма, указывающая на необходимость правовой регламентации порядка принятия административных правовых актов. При этом целесообразно установление в тексте Конституции (в гл. 2) основных принципов административных процедур. На первый взгляд может показаться излишним включение в текст Конституции норм о соблюдении государственными органами и должностными лицами основных правил принятия административных правовых актов, учитывая, что в будущем будет принят закон «Об административных процедурах». Однако думается, что именно конституционно-правовая норма о необходимости правовой регламентации административных процедур обязывала бы законодателя разработать и принять этот закон.

Таким образом, развитие административного и административно-процессуального законодательства в России, которое, в свою очередь, основывалось и продолжает базироваться на главнейших конституционно-правовых установлениях, позволяет говорить о внесении возможных поправок в Конституцию Российской Федерации. Речь идет о принципиальных положениях, касающихся форм осуществления судебной власти, основополагающих принципах функционирования исполнительной власти применительно к изданию административных правовых актов, а также о «процессуальных» основах применения судами административных наказаний (в форме производства по делам об административных правонарушениях). Именно в этих сферах конституционно-правового регулирования назрели изменения — об этом можно судить исходя как из действующего административного и административно-процессуального законодательства и достигнутого уровня правовой регламентации (административное судопроизводство и производство по делам об административных правонарушениях), так и из потребностей в установлении новых правовых институтов (административные процедуры).

Достаточно ли внимания уделяет само судейское сообщество теме практической значимости КАС РФ, его роли в системе процессуального законодательства страны, а также развитию административно-процессуального законодательства?

Верховный Суд Российской Федерации уделяет большое внимание вопросам совершенствования законодательства об административном судопроизводстве. 21–23 октября 2015 года была проведена научно-практическая конференция по вопросам применения КАС РФ (организована Алтайским краевым судом и Судебным департаментом при Верховном Суде Российской Федерации). На конференции впервые с момента вступления в силу КАС РФ обсуждались сложные вопросы применения судьями судов общей юрисдикции положений этого процессуального закона. Затем, 27 ноября 2015 г., профессиональная дискуссия по проблемам КАС РФ состоялась в рамках Первой научно-практической конференции «Российское законодательство об административном судопроизводстве — новая платформа для развития современной системы и структуры правоотношений» (27 ноября 2015 г., г. Воронеж). 25–28 октября 2016 года проводилась научно-практическая конференция на тему «Актуальные вопросы развития административного судопроизводства» (организована Верховным Судом Российской Федерации и Тверским областным судом).

Внимание ученых, практиков-юристов, законодателей, судей практически ко всем основным проблемам современного административного судопроизводства, конечно, заметно растет. В стране издается множество научных журналов, где печатаются научные статьи по проблемам применения КАС РФ. Учреждено научное издание «Журнал административного судопроизводства», где публикуются материалы по теории административного судопроизводства, тенденциям развития законодательства об административном судопроизводстве, судебному контролю в сфере осуществления публичных полномочий. В журнале размещаются соответствующие комментарии, обзоры, заключения ученых и судей. Для судей, рассматривающих в судах общей юрисдикции административные дела, подготовлены специальные учебно-практические пособия, в которых даются рекомендации по применению административного процессуального законодательства.

Как Вы можете охарактеризовать те изменения в тексте КАС РФ, которые были внесены после его вступления в силу?

За время действия КАС РФ законодатель принял уже восемь федеральных законов, которые внесли в него изменения и дополнения. Вряд ли можно говорить, что эти законы кардинально изменили систему и структуру административного судопроизводства или способствовали концептуальному пересмотру его основных положений. Как правило, законодательные новеллы носили уточняющий или детализирующий характер; они отчасти развивали гарантии и принципы организации и функционирования судов общей юрисдикции, рассматривающих административные дела. Эти изменения заключались в следующем:

1) дополнена глава КАС РФ о представительстве в суде; изменилась ст. 55 КАС РФ, в которой установлено, что представителями в суде по административным делам, кроме адвокатов, могут выступать также иные лица, обладающие полной дееспособностью, не состоящие под опекой или попечительством и имеющие высшее юридическое образование;

2) усилено использование в административном судопроизводстве потенциала информационно-телекоммуникационной сети Интернет; обеспечена возможность направления в суд административного иска, заявлений, жалоб, представлений и иных документов в электронном виде; определен порядок выполнения судебных актов в форме электронного документа;

3) уточнены судебные процедуры по подаче административного искового заявления о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок;

4) КАС РФ дополнен новой главой (31.1), нормы которой устанавливают судебный порядок защиты интересов несовершеннолетнего или недееспособного лица в случае отказа законного представителя от медицинского вмешательства, необходимого для спасения жизни;

5) расширен перечень административных дел, подведомственных судам общей юрисдикции, за счет включения в него дел об оспаривании актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами; в связи с этим изменено название гл. 21 КАС РФ, которая была дополнена новой ст. 2171, детализирующей порядок рассмотрения административных дел об оспаривании актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами;

6) установлена подсудность административных дел мировым судьям, а в систему административного судопроизводства включено производство по административным делам о вынесении судебного приказа (новая гл. 111).

Таким образом, правовые новеллы КАС РФ относятся к той части его норм, которые должны были измениться (или появиться вновь) в связи с необходимостью приведения текста процессуального закона в соответствие с уже созданными юридическими стандартами судебной деятельности по делам в сфере реализации административных и иных публичных правоотношений. То есть нельзя сказать, что внесенные в КАС РФ изменения и дополнения были призваны ликвидировать «забывчивость» принявшего в 2015 году КАС РФ законодателя или преодолеть его «непрофессионализм». Дополняющие текст КАС РФ новеллы носят развивающий административно-процессуальную форму характер, придают Кодексу современный вид, непротиворечивую структуру, формируют и укрепляют полноценность его содержания. Как известно, и в настоящее время Верховный Суд Российской Федерации разрабатывает проект закона о внесении изменений и дополнений в КАС РФ на основе обобщенной судебной практики по рассмотрению административных дел.

В связи с этим скажите, пожалуйста, несколько слов о принятом в конце сентября 2015 года Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации относительно применения КАС РФ.

Важнейшим юридическим целевым и содержательным ориентиром для судебной практики по административным делам стало Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 г. № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» (далее — Постановление). Как следует из названия документа, Пленум Верховного Суда разъяснил лишь некоторые наиболее сложные вопросы осуществления административного судопроизводства. Конечно, значимость и востребованность данного Постановления судами подтверждается своевременностью рассмотрения этого вопроса, ибо главной целью содержащихся в нем разъяснений было обеспечение единства практики применения судами общей юрисдикции законодательства об административном судопроизводстве. Многие сложные вопросы судебного правоприменения получили должную конкретизацию; противоречивое процессуально-правовое регулирование было разъяснено с позиций сложившихся в практике процессуально-правовых стандартов рассмотрения административных дел; сделаны юридические акценты на публично-правовых особенностях рассматриваемых судами административно-правовых споров. Словом, Постановление явилось свое­временным и полезным для формирования правильной судебной практики по административным делам.

В нем дано разъяснение части 4 ст. 1 КАС РФ, которая определяет, что в установленном КАС РФ порядке не должны рассматриваться дела, возникающие из публичных правоотношений и отнесенные федеральным законом к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации, арбитражных судов или подлежащие рассмотрению в ином судебном (процессуальном) порядке в Верховном Суде Российской Федерации, судах общей юрисдикции. Пленум Верховного Суда Российской Федерации исключил из практики применения КАС РФ некоторые публично-правовые споры. Например, не должны рассматриваться в порядке, установленном КАС РФ, споры о признании недействительными (незаконными) актов государственных органов и органов местного само­управления, если их исполнение привело к возникновению, изменению или прекращению гражданских прав и обязанностей (ч. 4 ст. 1 КАС РФ, ч. 1 ст. 22 ГПК РФ, ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации). В эту группу споров Пленум Верховного Суда Российской Федерации включил служебные споры, в том числе дела, связанные с доступом и прохождением различных видов государственной и муниципальной службы.

Таким образом, судам рекомендуется не рассматривать в установленном КАС РФ порядке споры, возникающие в сфере действия пуб­личного права, а именно законодательства о государственной службе.

Бесспорным является содержащееся в Постановлении положение об исключении из практики применения КАС РФ экономических споров и запрет рассматривать другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности (которые отнесены законом к компетенции арбитражных судов в соответствии с § 1 гл. 4 АПК РФ). Также не вызывает сомнений и утверждение, что не подлежат рассмотрению в порядке, установленном КАС РФ, не связанные с реализацией публичных полномочий дела по внутрикорпоративным спорам, возникающие между адвокатами и адвокатскими палатами, нотариусами и нотариальными палатами, медиаторами и постоянно действующим коллегиальным органом управления саморегулируемой организации медиаторов, а также между членами и органами управления иных саморегулируемых организаций, которые подлежат рассмотрению в исковом порядке.

Спасибо за интересное интервью.

Партнеры:

  • Конкурс «Правовая Россия»
  • Информационно-правовое обеспечение «ГАРАНТ»
  • Компания «Консультант Плюс»
  • ИТАР-ТАСС
  • Российское агентство правовой и судебной информации