Назначение наказания является предметом постоянного мониторинга со стороны Верховного Суда Российской Федерации

Судья Верховного Суда Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор Олег Кимович Зателепин рассказал редакции журнала о вопросах назначения наказания, особенностях рассмотрения уголовных дел судами и о развитии уголовного судопроизводства в целом.

Уважаемый Олег Кимович, расскажите, пожалуйста, о статистике рассмотрения уголовных дел. Какова картина по отдельным видам преступлений?

В 2016 году количество поступивших в суды уголовных дел незначительно сократилось, но количество рассмотренных дел осталось на прежнем уровне и составило порядка 960 тыс. дел в отношении более 1 млн лиц. Обвинительные приговоры были постановлены в отношении более 765 тыс. лиц (как видим, это чуть более 76%), около 230 тыс. лиц (соответственно 23%), как и в прошлые годы, освобождены от уголовной ответственности по различным правовым основаниям.

Для правильной оценки деятельности судов нужно знать и учитывать особенности рассмотрения уголовных дел в Российской Федерации. Так, все поступающие в суд уголовные дела рассматриваются либо в общем порядке, в котором суды непосредственно исследуют доказательства, либо в особом порядке (гл. 40, 401 УПК РФ, ст. 2269 УПК РФ).

В общем порядке по существу рассмотрены уголовные дела в отношении более 345 тыс. лиц (около 35% от общего количества), из них от уголовной ответственности освобождены более 115 тыс., или 34% подсудимых, оправданы 3,5 тыс. (1%), по реабилитирующим основаниям прекращены дела в отношении более 9,8 тыс. (3%); по нереабилитирующим основаниям — в отношении почти 105 тыс. лиц (более 30%). Соответственно, осуждены примерно 220 тыс. лиц (63%).

В соответствии с гл. 40 УПК РФ в случаях, когда обвиняемый согласен с предъявленным ему обвинением, т.е. когда вынесение оправдательного приговора не предполагается самой формой судопроизводства, уголовные дела рассмотрены в отношении более 660 тыс. лиц (более 65%), из них осуждены почти 548 тыс. лиц, а в отношении более 116 тыс. лиц дела прекращены судом. Что касается статистики по отдельным видам преступлений, то за совершение особо тяжких преступлений осуждены примерно 40 тыс. лиц (5,5%), за тяжкие преступ­ления — около 160 тыс. (21,8%), за преступления средней и небольшой тяжести — более 170 тыс. (23,2%) и 360 тыс. (49,5%) соответственно.

Основная часть — около 290 тыс. лиц, или 39%, — осуждены за преступления против собственности.

За преступления против личности осуждены примерно 170 тыс. лиц (т.е. где-то 25% от общего количества осужденных), из них за убийство — около 9 тыс. лиц.

За преступления против общественной безопасности и общественного порядка осуждены более 200 тыс. лиц, в том числе за преступления террористической направленности — более 550 лиц; за преступления экстремисткой направленности — около 900 лиц.

За преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков, осуждены более 100 тыс. лиц, из них за незаконное производство, сбыт, пересылку наркотических средств (ст. 2281 УК РФ) — 21 тыс. (20,6%).

Количество лиц, осужденных за коррупционные преступления, осталось на прежнем уровне и составило порядка 12 тыс. лиц.

В июле 2016 года по инициативе Верховного Суда Российской Федерации в рамках концепции гуманизации уголовного наказания был принят Федеральный закон № 323-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности», предоставивший суду возможность освобождать от уголовной ответственности лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, если оно возместило ущерб или иным образом загладило вред. С того момента прошло чуть более года. Можно ли уже подвести некоторые итоги реализации этого Закона на практике?

Статистика показывает, что за этот год судами было рассмотрено 2 598 ходатайств органов расследования о прекращении уголовного дела с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, из них удовлетворено 2 229 ходатайств, или 86%. Судебный штраф назначен на сумму свыше 63 млн рублей, из которых, однако, не выплачено свыше 36 млн рублей, или 57%.

Если же посмотреть сами уголовные дела, мы увидим, что суды не всегда правильно применяют положения новой статьи 762 УК РФ. Например, в тех случаях, когда ущерб, причиненный преступлением, возмещен и потерпевшие примирились с осужденным, судам следует обращаться к ст. 76 УК РФ об освобождении от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим. А статья 762 УК РФ носит, скажем так, резервный характер: ее положения могут быть применены, в частности, тогда, когда осужденный возместил ущерб или иным образом загладил причиненный преступлением вред, но потерпевший все равно не желает с ним примиряться.

Кстати, раз уж я упомянул про возмещение ущерба или заглаживание причиненного преступлением вреда, то надо сказать, что это обязательное условие освобождения от уголовной ответственности по статье 762 УК РФ. Если оно не выполняется, лицо не подлежит освобождению от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа в силу прямого указания закона.

На что еще стоило бы обратить внимание судов в этой части? Во-первых, в отличие от ст. 76 УК РФ, в статье 762 речь не идет о потерпевшем. Значит, допустимо ее применение и в тех случаях, когда потерпевшего в процессуальном смысле нет. То есть, как видим, сфера применения этой нормы шире, чем у статьи 76 УК РФ.

Во-вторых, нужно понимать, что любое преступление причиняет вред (в определенном смысле преступлений без последствий не бывает), поэтому применение данной нормы возможно как за оконченные, так и за неоконченные преступления. Например, лицо планировало совершить кражу, проникло в квартиру, но было там задержано, т.е. по факту совершило не кражу, а покушение на кражу. Причинить имущественный вред оно, скажем, не успело, но иной вред имеется. Поэтому ст. 762 УК РФ можно применить, если это лицо каким-то образом загладит такой вред — выплатит денежную сумму, отремонтирует какое-либо имущество потерпевшего или как минимум извинится перед ним. Без этого условия освобождать от уголовной ответственности нельзя.

Каковы, на Ваш взгляд, перспективы дальнейшего развития уголовного судопроизводства? Будет ли способствовать повышению эффективности уголовного закона, например, принцип административной преюдиции? Возможно, есть какие-то данные статистики, свидетельствующие о позитивном эффекте появления преюдиции в нормах УК РФ?

Для начала скажу, что дальнейшее развитие уголовного судопроизводства мне видится в разработке института уголовного проступка. Его введение позволит исключить некоторые составы из числа уголовно наказуемых преступлений, при этом сохранив для них такие эффективные меры ответственности, как исправительные и принудительные работы, нехарактерные для Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации.

Что касается административной преюдиции, то, например, после введения ее применительно к неуплате алиментов количество рассматриваемых по соответствующей ст. 157 УК РФ дел сократилось вдвое: с 32 тыс. в первом полугодии 2016 года до 15 тыс. во втором полугодии. При этом возросло число прекращенных дел: с 5% (в отношении 1700 лиц) в первом полугодии до 73% (11 тыс. лиц).

Такая же динамика наблюдается в связи с изменением ст. 116 УК РФ («Побои»): число рассмотренных по данной статье дел снизилось с 28 тыс. до 25 тыс., а прекращенных — выросло с 61% до 68%. Думаю, что эта статистика станет еще более наглядной по итогам применения Федерального закона от 7 февраля 2017 г. № 8-ФЗ «О внесении изменения в статью 116 Уголовного кодекса Российской Федерации», исключившего уголовную ответственность за впервые совершенные побои в отношении близкого лица.

В 2016 году в УК РФ также появилась новая ст. 1161 — «Нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию». Из всех лиц, в отношении которых рассматривались дела по этому составу, осуждены 42 лица (22,5%), оправдано одно, прекращены дела в отношении 144 лиц (77%).

За мелкое хищение чужого имущества, совершенное лицом, уже подвергнутым административному наказанию за мелкое хищение, осуждены 14 лиц, прекращены дела в отношении 10 лиц.

Впрочем, увидеть качественные изменения статистики по указанным делам с административной преюдицией удастся только по итогам 2017 года.

О том, что Верховный Суд Российской Федерации пристально следит за назначением наказания, свидетельствует, например, Постановление Пленума от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», а также и другие постановления, посвященные той же теме. Остаются ли в практике при таком внимании высшего суда какие-то вопросы в этой области, которые требуют уточнения?

Нужно сказать, что назначение наказания является предметом постоянного мониторинга со стороны Верховного Суда Российской Федерации, и это, безусловно, отражается на правоприменительной практике. Так, за последние пять лет, начиная с 2011 года, число осужденных к реальному лишению свободы снизилось примерно на 30 тыс. и составило немногим более 200 тыс. лиц (28% от общего числа осужденных). О том же говорят и данные ФСИН России: с 2010 года число лиц, содержащихся в учреждениях службы, сократилось более чем на 25% — с 863 тыс. до 617 тыс. (на 1 июля т.г.). Это позволило ликвидировать 36 исправительных колоний, 35 воспитательных колоний и восемь следственных изоляторов.

Действительно, сейчас базовым документом по вопросам назначения наказания является упомянутое Вами Постановление о назначении наказания, а также еще 24 акта, разъясняющие эти вопросы.

Если говорить об актуальных проблемах, связанных с назначением наказания, то и судебная практика, и Постановление о назначении наказания показывают, что в последние годы среди ошибок, допускаемых судами при рассмотрении уголовных дел, основное место занимают именно нарушения правил назначения наказания: по этой причине были изменены 70% всех обжалованных приговоров.

Этот показатель выше, чем, например, показатель 1970-х годов, когда он составлял около 50%.

В чем причина такой динамики?

Я бы сказал, что основных причин две. Во-первых, усложнилась процедура назначения наказания, в частности выросло количество формальных критериев для этого — я имею в виду долевой расчет различных пределов санкции, например 1/2, 1/3, 2/3, 3/4 верхнего предела наказания, сочетание указанных долей. Доли вводились для того, чтобы ограничить судейское усмотрение при назначении наказания. А сейчас изучение практики показывает, что очень часто к ошибке приводит неправильный расчет этих долей, можно сказать, ошибка в юридической математике (а по сути, в арифметике).

Во-вторых, за последние 20 лет в Уголовный кодекс Российской Федерации было внесено около 70 поправок (принято почти 30 федеральных законов), затрагивающих отдельные виды наказаний (штраф, исправительные работы, ограничение свободы), а также правил назначения наказания. Порой многократные изменения вносились в одну и ту же норму — так произошло, например, со ст. 46, 62, 63, 73, 74 Кодекса, каждая из которых подвергалась изменениям четыре—восемь раз.

С 1 января 2017 года вступили в силу положения ст. 531 УК РФ о принудительных работах. На что следует обратить особое внимание судам при назначении данного вида наказания?

С момента вступления этой статьи в действие прошло, как мы видим, не так много времени, но ее применение уже вызвало целый ряд весьма непростых вопросов, и прежде всего вопрос о порядке назначения данного вида наказания.

В соответствии с частью 1 ст. 531 УК РФ принудительные работы могут применяться исключительно как альтернатива лишению свободы в случаях, предусмотренных Особенной частью Кодекса.

Иначе говоря, их применение возможно только тогда, когда оно прямо предусмотрено санкцией статьи и сопряжено с предварительным назначением наказания в виде лишения свободы, что должно быть отражено в приговоре. То есть сначала суд должен назначить виновному наказание в виде лишения свободы, и лишь потом он может счесть возможным исправление осужденного без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, прийти к выводу об отсутствии оснований для применения условного осуждения (ст. 73 УК РФ) и заменить лишение свободы принудительными работами. Правда, если суд назначит наказание в виде лишения свободы на срок более пяти лет, то принудительные работы не могут быть применены.

При этом в УК РФ есть пять статей (1591, 1592, 1593, 1595, 2001), санкции которых предусматривают принудительные работы, но не предусматривают наказание в виде лишения свободы. Это пример коллизии, которую следует разрешать в пользу общей нормы, т.е. в подобных случаях принудительные работы не должны назначаться.

Далее, принудительные работы могут быть назначены только за совершение преступления небольшой или средней тяжести либо за совершение тяжкого преступления впервые. Указание закона о совершении тяжкого преступления впервые следует трактовать как ситуацию, когда совершается именно первое преступление, и не учитывать преступления, по которым истек срок давности привлечения к уголовной ответственности или судимости за которые сняты либо погашены в установленном законом порядке.

Надо сказать, что принудительные работы имеют сложную правовую природу: они являются одновременно основным наказанием, альтернативным лишению свободы, и основным самостоятельным наказанием. К примеру, при злостном уклонении от уплаты штрафа, назначенного в качестве основного вида наказания, или от отбывания обязательных работ, или от ограничения свободы, эти виды наказания могут заменяться на принудительные работы.

Такой дуализм поставил перед судами вопрос о возможности назначения принудительных работ при применении положений ст. 64 УК РФ о назначении более мягкого наказания и ст. 80 УК РФ о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания. Думается, что это возможно, поскольку прямого запрета законодатель не установил.

Наконец, здесь следует поднять вопрос об обратной силе уголовного закона. Представляется, что принятые до 1 января 2017 г. судебные решения нужно пересмотреть, обсудить возможность замены лишения свободы на принудительные работы. А если суды придут к выводу о невозможности такой замены, то они должны рассмотреть вопрос о возможности смягчения наказания.

В каких случаях можно говорить о так называемых персональных санкциях и какие возникают проблемы назначения наказания в этих случаях?

Хочу сразу сказать, что термин «персональные санкции» — условный. О них речь идет в ситуации применения при назначении наказания специальных правил, которые могут быть льготными (например, ст. 62 УК РФ — «Назначение наказания при наличии смягчающих обстоятельств») и нельготными (ст. 68 — «Назначение наказания при рецидиве преступлений»).

Хочу сразу пояснить, что вопрос о персональных санкциях возникает не только тогда, когда мы оказываемся ниже нижнего предела наказания (или на уровне нижнего предела), но и в пределах санкции, предусмотренной статьей Особенной части УК РФ.

Возьмем в качестве примера назначение наказания по правилам части 1 ст. 62 УК РФ. В этой норме установлено, что при наличии определенных смягчающих обстоятельств и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ. Применяя эту норму к конкретному осужденному, мы получаем персональную санкцию, в которой нижний предел будет совпадать с нижним пределом санкции статьи, а вот верхний предел будет уже другим и составит две трети от максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания. Допустим, нам нужно назначить наказание по части 1 ст. 162 УК РФ («Разбой»), которой предусмотрено лишение свободы от двух месяцев до восьми лет лишения свободы. В случае применения положений части 1 ст. 62 мы получаем персональную санкцию в пределах от двух месяцев до пяти лет четырех месяцев (т.е. двух третей восьмилетнего срока). И вот уже в этих персональных пределах мы назначаем наказание с учетом общих и других специальных правил.

Кстати, в п. 36 Постановления Пленума о назначении наказания, о котором мы уже упоминали, разъясняется, что если наряду с обстоятельствами, указанными в части 1 ст. 62 УК РФ, суд установит наличие других смягчающих обстоятельств, наказание должно назначаться с учетом всех смягчающих обстоятельств. То есть в нашем примере назначенное наказание должно быть меньше пяти лет четырех месяцев. Насколько меньше — это уже зависит от судейского усмотрения.

Я бы предложил и в случае отсутствия других смягчающих обстоятельств, не указанных в части 1 ст. 62 УК РФ, назначать наказание ниже персонального верхнего предела. Это общие правила назначения наказания. Конечно, суд может назначить и ровно две трети, но для этого должны быть основания, мотивация. В любом случае, мое предложение обусловлено фактическим наличием персональной санкции и применением к ней общих подходов к назначению наказания.

С верхним пределом все понятно, а как быть, если в результате применения ст. 62, 65–66 УК РФ срок или размер наказания, который может быть назначен осужденному, оказывается ниже низшего предела наиболее строгого вида наказания, предусмотренного для этого преступления, или равен ему?

Применяя перечисленные Вами статьи, мы всегда получаем персональные санкции. Действительно, бывает так, что нижний предел персональной санкции оказывается ниже предела, установленного в соответствующей статье Особенной части УК РФ. Например, за преступление, предусмотренное частью 3 ст. 162 УК РФ (разбой с незаконным проникновением в жилище), с учетом положений части 2 ст. 62 УК РФ, лишение свободы назначается на срок от двух месяцев до шести лет (это персональная санкция), хотя низший предел санкции составляет семь, а верхний — 12 лет. Другой пример: за преступление, предусмотренное частью 1 ст. 30, частью 4 ст. 2281 УК РФ (приготовление к незаконному сбыту наркотических средств), пределы персональной санкции составят от двух месяцев до десяти лет лишения свободы, хотя пределы санкции, установленные за это преступление в самой ст. 2281, — 10 и 20 лет соответственно. Как бы то ни было, в этих случаях вопросы назначения наказания должны решаться так же, как и в случаях, о которых мы говорили ранее. Как правило, размер наказания должен быть ниже персонального верхнего предела, даже если он при этом оказывается ниже низшего предела санкции, установленной в Особенной части УК РФ.

Применима ли ст. 64 УК РФ о назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, в случаях, когда назначается наказание в пределах персональных санкций?

Нет. Применение этой нормы не требуется, если персональная санкция оказывается менее строгой, чем низший предел наиболее строгого вида наказания, или равной ему.

Вернемся к нашему примеру с преступлением, предусмотренным частью 3 статьи 162 УК РФ. Допустим, с учетом положений части 2 ст. 62 УК РФ суд назначил наказание в виде лишения свободы на срок пять лет, но при этом еще указал на применение статьи 64 УК РФ. О чем это говорит? Да о том, что наказание назначено неправильно. Ведь пять лет лишения свободы суд вполне может назначить в пределах персональной санкции, для этого не требуется прибегать к помощи статьи 64. Применение в данном случае ст. 64 УК означает, что надо назначать еще более мягкий вид наказания, чем предусмотрено этой персональной санкцией.

Возможна ли конкуренция льготных и нельготных правил?

Да, как показывает практика. Например, в случае назначения наказания по ст. 223 УК РФ («Незаконное изготовление оружия»), предусматривающей санкцию от трех до пяти лет лишения свободы, и одновременного применения правил части 5 ст. 62 УК РФ (не более половины максимального срока при сокращенном дознании) получается персональная санкция — лишение свободы сроком на два года шесть месяцев. Если при этом ситуация потребует применить правила части 2 ст. 68 УК о рецидиве преступлений (срок наказания не может быть менее одной трети максимального срока, но в пределах санкции статьи), получается три года лишения свободы.

В таком случае по общему правилу предпочтение надо отдавать нормам, позволяющим назначить более мягкое наказание, т.е. в нашем примере — части 5 ст. 62 УК РФ (не более двух лет шести месяцев лишения свободы).

Нужно ли указывать в резолютивной части приговора на применение статей 62, 65–66, 68 УК РФ?

Согласно п. 35 Постановления о назначении наказания, суд обязан мотивировать применение норм, ограничивающих срок или размер наказания определенной частью наиболее строгого вида наказания, в описательно-мотивировочной части приговора. Так что в резолютивной части приговора ссылка на ст. 62, 65–66 и 68 УК РФ не требуется, даже если в результате применения этих положений назначенное наказание окажется ниже низшего предела наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией статьи Особенной части Кодекса.

Зато в резолютивной части приговора обязательна ссылка на ст. 64 УК РФ — в случае ее применения, конечно. Это отступление от общего правила, но оно обусловлено встречавшимися ошибками, в том числе когда в описательно-мотивировочной части суды ссылались на льготные нормы, а в резолютивной — нет.

Главное — обязательно мотивировать применение ст. 62, 65–66 и 68 УК и сделать на эти статьи ссылку в описательно-мотивировочной части приговора. Если же суд назначает наказание в пределах льготных правил, но при этом на них не ссылается, такое наказание нельзя считать справедливым. Почему? Потому, что в этих случаях мы опять имеем дело с персональными санкциями. Если суд не ссылается на ст. 62 УК РФ, значит, он исходит не из персональной санкции, а из санкции статьи Особенной части УК. Назначая наказание за преступление по части 1 ст. 162 УК РФ сроком на пять лет четыре месяца и не ссылаясь на часть 1 ст. 62 УК, суд формально исходит из верхнего предела — восемь лет. Если же он сошлется на часть 1 ст. 62 УК РФ, он тем самым подчеркнет, что исходит из персональной санкции, верхний предел которой составляет пять лет четыре месяца.

А каким образом будет решаться вопрос о назначении наказания за неоконченное преступление при рецидиве преступлений?

Ответственность за неоконченное преступление устанавливается с учетом правил статьи 66 УК РФ. В этих случаях максимальный размер санкции может быть равен или быть меньше низшего предела санкции соответствующей статьи за оконченное преступление. При этом одну треть, по правилам ст. 68 УК РФ, надо рассчитывать именно от этого размера.

Например, для преступления, квалифицируемого по части 1 ст. 30, части 4 ст. 2281 УК РФ, — это 10 лет. Правило одной трети (ст. 68 УК РФ) применяется именно к этому размеру и будет составлять три года четыре месяца.

Что еще следует учитывать при назначении наказания за неоконченные преступления?

По смыслу закона, уголовно-правовая норма, предусматривающая ответственность за неоконченное преступление, является самостоятельной и включает в себя диспозицию и санкцию, которые отличаются по содержанию от диспозиции и санкции нормы за оконченное преступление. Подчеркиваю: это не персональная санкция, а санкция за неоконченное преступление, их путать нельзя. У них разная правовая природа и разные последствия, что отражено, например, в п. 49–51 Постановления о назначении наказания.

При установлении названных элементов уголовно-правовой нормы необходимо учитывать положения статей как Общей (в том числе ст. 30, 66), так и Особенной части УК РФ (соответствующие статьи, предусматривающие ответственность за оконченные преступления).

Например, за оконченное преступ­ление санкция части 5 ст. 2281 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от 15 до 20 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 20 лет или без такового и со штрафом в размере до 1 млн рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет либо без такового или пожизненного лишения свободы.

В соответствии с положениями части 2 ст. 66 УК РФ срок или размер наказания за приготовление к преступлению не может превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части за оконченное преступление. Пожизненное лишение свободы за приготовление к преступлению не назначается (ч. 4 ст. 66 УК РФ).

Следовательно, санкция уголовно-правовой нормы за приготовление к незаконному сбыту наркотических средств (ч. 1 ст. 30, ч. 5 ст. 2281 УК РФ) с учетом части 2 ст. 66 УК РФ в их системной взаимосвязи включает в себя лишение свободы на срок до 10 лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до 20 лет или без такового и со штрафом в размере до 1 млн рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет либо без такового.

Такой подход показывает, что характер общественной опасности оконченных и неоконченных преступлений — именно характер, т.е. качественный показатель, — различается. Как мы знаем, характер общественной опасности преступления определяет законодатель и формально отражает это в санкции: чем менее строгая санкция, тем менее общественно опасным является преступление. Бесспорно, общественная опасность неоконченных преступлений ниже, чем у оконченных.

При назначении наказания это надо учитывать и активнее задействовать механизм, предусмотренный частью 6 ст. 15 УК, для изменения категории преступления.

Как должно назначаться наказание по совокупности преступлений или приговоров, когда за одно из преступлений назначен штраф?

Пункт 7 Постановления о назначении наказания впервые определил, что в случае назначения штрафа в качестве основного наказания за одно из преступлений при наличии совокупности преступлений или приговоров подлежат применению общие правила назначения наказания по совокупности преступлений и приговоров, а также правила, установленные для сложения наказаний в части 2 статьи 71 УК РФ. В резолютивной части приговора в таких случаях должно быть указано на применение ст. 69 («Назначение наказания по совокупности преступлений») или ст. 79 («Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания») УК РФ. Проще говоря, в этих случаях может быть применен только принцип полного сложения наказания (поглощения), принцип частичного сложения (присоединения) не может быть использован. Это своего рода исключение из правил.

Каким образом может быть назначено наказание в виде лишения права занимать определенные должности за преступления, совершение которых не связано с занятием должности на государственной службе или в органах местного самоуправления?

В силу части 1 ст. 47 УК РФ, лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе и в органах местного самоуправления. Это отмечено и в п. 9 Постановления о назначении наказания. Однако в ряде статей, например ст. 204 УК РФ, данное наказание в самом деле предусматривается за преступления, не связанные с должностными полномочиями.

В таких случаях лицу может быть назначено дополнительное наказание только в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, например связанной с выполнением управленческих функций в коммерческих организациях.

А если невозможно назначить ни одно из наказаний, предусмотренных санкцией статьи УК РФ, как быть тогда?

Этот вопрос разъясняется в п. 26 и 27 Постановления о назначении наказания. В таких ситуациях просто следует назначать более мягкое наказание, чем предусмотрено соответствующей статьей, но без ссылки на статью 64 УК РФ. Подчеркиваю: можно назначить любое более мягкое наказание, предусмотренное в перечне ст. 44 УК РФ, а не только следующее по строгости в том же перечне, как считают некоторые судьи.

Является ли состояние опьянения на момент совершения преступления отягчающим обстоятельством?

Этому вопросу посвящен п. 31 Постановления о назначении наказания. Вкратце подход высшего суда такой: один только факт опьянения не является достаточным основанием для признания его отягчающим обстоятельством; необходимо устанавливать, как повлияло опьянение на поведение лица при совершении преступления. Поэтому нужно обязательно мотивировать решение о признании или непризнании этого обстоятельства.

Есть ли какие-нибудь особенности назначения наказания при заключении досудебного соглашения?

Прежде всего то, что положения части 4 ст. 62 УК РФ, касающейся заключения такого соглашения, очевидно не распространяются на лиц, которым в силу закона не может быть назначено пожизненное лишение свободы, в том числе на лиц, совершивших неоконченное преступление. В этих случаях подлежат применению правила части 2 статьи 62 УК РФ.

Поэтому требует корректировки абзац третий п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 16 «О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве». В нем сказано, что, назначая наказание лицу, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, за неоконченное преступление, суд руководствуется положениями как ст. 66, так и части 2 или части 4 ст. 62 УК РФ. Вот это указание на часть 4 ст. 62 УК РФ как раз и требует корректировки — с учетом новых подходов к толкованию положений части 4 ст. 62 УК РФ, выработанных уже после принятия этого Постановления.

Большое спасибо за интересное интервью!

Партнеры:

  • Правовая Россия
  • Информационно-правовое обеспечение «ГАРАНТ»
  • Компания «Консультант Плюс»
  • ИТАР-ТАСС
  • Российское агентство правовой и судебной информации