Арбитражный управляющий, член Партнерства арбитражных управляющих Центрального федерального округа Алексей Кузьмин замечает, что в практике применения законодательства о банкротстве нередки ситуации, когда реальный руководитель должника в преддверии несостоятельности назначает номинального директора — лицо, формально числящееся в ЕГРЮЛ, но не имеющее ни возможности, ни намерений руководить организацией.
«При открытии конкурсного производства арбитражный управляющий вправе истребовать документы и имущество должника у последнего формального руководителя, который, однако, в действительности ни тем, ни другим не располагает, тогда как фактический руководитель уклоняется от исполнения обязанности», — отмечает автор.
Алексей Кузьмин проводит анализ правовых принципов, формирующих стандарт исполнения обязанности по передаче документации и активов должника, а также обосновывает возможности применения корпоративно-правовых стандартов к банкротным спорам.
На основе анализа судебной практики по обособленным спорам о передаче документации и активов должника автор устанавливает признаки номинального руководителя. Кроме того, Алексей Кузьмин раскрывает ключевые правовые принципы, определяющие обязанность реального руководителя перед конкурсным управляющим.
Автор формулирует вывод о том, что назначение номинального директора в преддверии банкротства является злоупотреблением правом. Алексей Кузьмин подчеркивает, что законодательство не содержит легального определения понятия «номинальный директор», однако судебная практика выработала устойчивые критерии его установления.
На основе анализа судебной практики по обособленным спорам о передаче документации и активов должника автор устанавливает признаки номинального руководителя. Кроме того, Алексей Кузьмин раскрывает ключевые правовые принципы, определяющие обязанность реального руководителя перед конкурсным управляющим.
Автор формулирует вывод о том, что назначение номинального директора в преддверии банкротства является злоупотреблением правом. Алексей Кузьмин подчеркивает, что законодательство не содержит легального определения понятия «номинальный директор», однако судебная практика выработала устойчивые критерии его установления.
«Номинальный и реальный руководители несут солидарную обязанность по передаче документов и имущества должника конкурсному управляющему. Правовой основой служат пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», статья 308.3 и часть 2 ст. 322 ГК РФ», — заключает автор.
Автор предлагает распространить на банкротные споры стандарт корпоративной практики:
«Корпоративно-правовой стандарт, закрепленный определением Конституционного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2023 года № 2450-О и предусматривающий обязанность передать в том числе отсутствующие документы (т.е. восстановить их), должен быть распространен на обособленные банкротные споры. При установлении номинальности руководителя бремя доказывания отсутствия документов и имущества должно быть возложено на реального руководителя, а суд обязан оценивать возможность их восстановления».
Читайте статью в журнале «Судья» № 7/2026. Публикация доступна по подписке.
Оформите подписку на электронное издание на платформе newtech.legal
Оформите подписку на электронное издание на платформе newtech.legal