Доцент кафедры уголовного процесса, правосудия и прокурорского надзора юридического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, кандидат юридических наук Дмитрий Чекулаев в публикации кратко описывает развитие уголовно-процессуального законодательства в части регламентации правового статуса специалиста.
Автор обращает внимание на процессуальную омонимию, когда под одним названием подразумеваются участники, выполняющие разные процессуальные функции.
Дмитрий Чекулаев высказывает мнение о возможности расширения оснований для привлечения специалиста к участию в уголовном деле, но в иных процессуальных формах, например в качестве консультанта (или советника) суда по вопросам, входящим в сферу его специальных знаний.
Автор полагает, что консультация специалиста при должной научной и практической разработанности ее применения в уголовном процессе может являться формой предусмотренного в части 1 статьи 58 УПК РФ разъяснения специалистом входящих в его профессиональную компетенцию вопросов суду. Дмитрий Чекулаев обращаетвнимание на то, что также консультации специалиста могут быть и формой показаний специалиста в случаях, когда он допрашивается без предварительной дачи им заключения.
Автор обращает внимание на процессуальную омонимию, когда под одним названием подразумеваются участники, выполняющие разные процессуальные функции.
Дмитрий Чекулаев высказывает мнение о возможности расширения оснований для привлечения специалиста к участию в уголовном деле, но в иных процессуальных формах, например в качестве консультанта (или советника) суда по вопросам, входящим в сферу его специальных знаний.
Автор полагает, что консультация специалиста при должной научной и практической разработанности ее применения в уголовном процессе может являться формой предусмотренного в части 1 статьи 58 УПК РФ разъяснения специалистом входящих в его профессиональную компетенцию вопросов суду. Дмитрий Чекулаев обращаетвнимание на то, что также консультации специалиста могут быть и формой показаний специалиста в случаях, когда он допрашивается без предварительной дачи им заключения.
«Однако в целях исключения процессуальной омонимии дачу консультаций возможно возложить на нового участника — консультанта (или советника) суда, нужно только разработать правила его привлечения в уголовный процесс».
В части доказательственной силы консультаций, как отмечает Дмитрий Чекулаев, возможны два варианта, первым из которых является придание консультациям специалиста силы доказательств.
«Предпочтительным представляется другой вариант, предусматривающий нового участника уголовного процесса — консультанта (советника) суда как отечественного и адаптированного к российским реалиям варианта известного судопроизводству других государств института amicus curiae (друг суда — лат.)», — уточняет автор.
По мнению автора, положительной чертой привлечения такого участника уголовного процесса, как консультант (советник) суда, будет повышение качества исследования некоторых доказательств, если для их оценки могут потребоваться специальные знания:
«При этом не требуется получать заключение эксперта и перед последним, соответственно, не ставятся вопросы, ответы на которые суд может найти самостоятельно после получения разъяснений обладающего специальными знаниями консультанта. В таком случае ответственность за правильность решения, в том числе по вопросам квалификации действия как преступления, будет ложиться исключительно на субъекта оценки доказательств (дознавателя, следователя, суд)».
Читайте публикацию в журнале «Судья» № 2/2026.
Подробнее о выпуске узнаете по ссылке.
Оформите подписку на электронное издание на платформе newtech.legal
Подробнее о выпуске узнаете по ссылке.
Оформите подписку на электронное издание на платформе newtech.legal